Блог

КС РФ уважил преимущественное право выкупа в банкротстве: новое постановление

Банкротство физического лица предполагает включение имущества банкрота в конкурсную массу. Далее финансовый управляющий оценивает объекты и выставляет на продажу посредством проведения торгов. Соответственно, каждый желающий может зарегистрироваться на электронной площадке и поучаствовать. Но тут возникает вопрос: а как быть, если имуществом владеет и должник, и кто-то еще?

Преимущественное право выкупа: о чем постановление КС?

У нас есть сразу несколько регламентов, которые предусматривают, что совладельцы имеют преимущественное право выкупа. Это устанавливается ст. 250 ГК РФ, п. 4 ст. 21 ФЗ Об ООО и так далее. Типичный пример: банкротится, допустим, Олег. У Олега есть земельный участок в деревне Холкино, другими совладельцами выступают соседка Тамара Львовна и брат Олега Сергей.
Соответственно, в рамках реализации имущества землю включают в конкурсную массу и выставляют на продажу. Тамара Львовна изъявляет желание выкупить долю Олега, но финансовый управляющий ей иронично отказывает, утверждая, что это невозможно. Мол, если хотите купить, идите на электронную площадку и участвуйте в аукционе. А так, пардон - кто купит, тому и достанется доля Олега.
Прав ли финуправляющий? Конституционный суд РФ в своем Постановлении № 23-П от 16 мая 2023 года пришел к выводу, что нет, не прав. Суд отметил один существенный пробел - нет никаких законных механизмов, которые бы предусматривали порядок, в котором может осуществляться реализация преимущественного права в отношении имущества банкротов.
На данный момент используется следующий сценарий (покажем на примерах): допустим, долю в участке Олега кто-то захотел выкупить за 2 млн рублей. Далее совладельцам и делается предложение дать 2 млн за кусок земли. Если они отказываются, то все, новым покупателем становится победитель аукциона. Соответственно, Тамара Львовна либо платит 2 ляма, либо теряет землю Олега.
Такой подход подтверждается п. 18 Обзора судебной практики № 3 от 2020 года. Тем не менее, Конституционный суд нашел, что этот сценарий нарушает интересы победителя аукциона.

Что не так с позицией Конституционного суда?

В каком-то смысле понять позицию КС можно: действительно, человек старался, давал большую цену, лишь бы выкупить землю (или наоборот, дожидался оптимального снижения цены на 2-3 этапе торгов), потратил время, деньги (залог на участие) и нервы…. И что в итоге? Чтобы отдать “готовенькое” совладельцам?
С другой стороны, интересы кредиторов тоже могут нарушиться, если поменять эту схему. Например, они заинтересованы в том, чтобы продать имущество по наиболее высокой цене. Если предлагать совладельцам их доли по базовой стоимости, то кредиторы потеряют возможность реализации имущества по цене, которая бы их устроила.
Дело еще в том, что стартовая цена далеко не всегда соответствует рыночной. Она назначается финансовым управляющим. В крайнем случае - экспертами-оценщиками, если между участниками банкротства возникает спор по этому поводу.
Сами торги проводятся с целью наиболее выгодно продать собственность. На первом этапе, например, цену обычно повышают, на последнем - делают публичное предложение со скидками (если имущество явно неликвидное и неинтересное потенциальным покупателям). Соответственно, тут возникает конфликт интересов:
1. Если имущество будет предлагаться совладельцам по базовой цене, пострадают кредиторы. Они так и не смогут добиться реализации по наиболее высокой цене.
2. Если имущество будет предлагаться совладельцам после окончания торгов и выбора победителя аукциона, то страдает этот самый победитель, потому что он зря тратит нервы, силы и время.
Опять же, в постановлении КС было также указано, что преимущественное право не должно работать в рамках продажи собственности банкрота с повторного круга аукциона и через публичное предложение. То есть суд предлагает для совладельцев только один шанс на приобретение имущества.
Почему это плохо? Потому что повторные торги и публичное предложение означают снижение цены. То есть имущество не пользуется спросом и никому не интересно. Тогда возникает закономерный вопрос: почему совладельцы должны изначально переплачивать?
Допустим, земельный участок Олега находится в чистом поле, в 20 км от ближайшей деревни. Он не подходит для коммерции - так, чисто для посадки картофеля или для засевания других культур, не требующих особого ухода.
Красная цена этому участку - 300 тыс. рублей. Делим на 3 совладельцев - выходит по 100 тыс. рублей на каждого. Финансовый управляющий определяет цену доли Олега в 200 тыс. рублей. Понятно, что первый этап торгов провалится. Только в ходе публичного предложения цена может достичь рыночных и справедливых 100 тыс. рублей. Совладелец, Тамара Львовна, как раз в такой стоимости и заинтересована.
Должна ли она платить 200 тыс. рублей и будет ли это справедливо? Нет. Получается, в таком случае участок, скорее всего, никто не купит (Тамара Львовна не сможет его купить физически на стадии публичного предложения), и он возвращается банкроту. В итоге потеряют все: и кредиторы, и управляющий (свои законные 7%), и Тамара Львовна.